Сразу же оговорюсь, в Царской России, и соответственно в ее неотъемлемой части – Малороссии, как официальный праздник, – 1 мая не отмечался никогда. Однако на протяжении нескольких столетий это был праздник духовный, устраиваемый студентами и для студентов Киево-Могилянской Академии, а также и спудеев местной бурсы. Во времена "Гетьманщины святой" (то есть, до упразднения Запорожской Сечи", ежегодно 1, 15 и 30 мая воспитанники и учителя этого подольского учебного духовного заведения (правда, всероссийского масштаба), совместно с прочими "любителями науки" (купцами, зажиточной казацкой старшиной) выезжали за город (!), аж на гору Скавик (Щекавицу).

К "майским рекреациям" готовились весьма тщательно. Учителя поэзии и литературной словесности были обязаны ежегодно готовить для "майских рекреаций" комедии и трагедии. Они ставились "просто неба". Вышеупомянутые "любители науки" помогали материально. Студенты допускали их в свои компании за определенную мзду, "за подаяние во славу и развитие премудрости научной". Речь идет о боченке пива или варенухи, о смаленом поросеночке, свежих булках... Как известно, на лоне природы аппетиты весьма высоки.

В 18 столетии в подражание студенческим гуляньям в Киеве появились свои первомайские общегородские (опять таки, неофициальные и внецерковные) гуляния. Проходили они не на Щекавице, где постепенно было создано подольское кладбище, а действительно, вдалеке от тогдашних городских кордонов близ дачи митрополита на Шулявке, а также и на ее территории. Замечу, что тогда понятие "дача" имело несколько иное значение. Словом "дача" власти определяли, прежде всего, лесные угодья.. Эти гуляния (имею в виду не студентов Академии, а простолюдинов), отличались местами оголтелой безнравственностью. Так, если в дневное время гулянья носили явно мирный и нравственный характер, с наступлением сумерек картина кардинально менялась. Мемуарист ушедших эпох Автоном Солтановский так писал о майских гуляньях 1840 года: Во время гуляний "продавались водка, пиво, сбитень, чай, каленые орехи, изюм, яблоки и другие сласти. 

Народ пьянствовал целые сутки и часто происходили здесь серьезные драки со множеством раненых...

Перед рассветом по дороге в Киев, (в роще Шулявской. – Авт.), и по оврагам валялись сотни спящих и мертвецки пьяных, большею частью полураздетых или донага раздетых жуликами. Особенно много валялось совсем нагих. И пожилых, и молодых женщин и девок. На следующий день все части наполнены были буянами обеяго пола, подобранными полицией в течение ночи, а также ограбленных донага. По вытрезвлении они получали начальническое внушение в виде десятков и сотен розог и отпускались по домам, а более виноватые, сверг того, наряжались мести улицы". "Мести улицы", - означало отработать "15 суток" в Ротах Арестантского ведомства, которые размещались в зданиях и поныне сохранившихся на современном нам Бульваре Тараса Шевченко. 

С 1890-х годов в "майские рекреации" внеслась политическая подоплека, которая напрочь загубила светский характер праздника. 

А дело было так. В декабре 1888 года Сент-Луисский съезд Американской Федерации Труда решил назначить 1 мая 1890 года Днем общенационального выступления за права рабочих. Чуть позже конгресс Второго Интернационала постановил праздновать 1 мая как День международной солидарности трудящихся. Инициатива быстро распространилась о США, а затем и в странах капиталистической Европы. 

Дошел Первомай и до Российской Империи, причем здесь пригодились и вполне цивильные маевки "раньшего" времени. Так, например, на тайные сходки рабочие киевских фабрик и заводов пробирались "крышуясь" незабвенными привилегиями майских рекреаций. Шли, правда, без самоваров, однако, соблюдали конспирацию. "Тормозки" с едой и гитары были при отдыхающих. Так, на всякий случай. 

В киевских предместьях чаще всего собирались в 1890-е годы в Святошино и Пуще-Водице, в Голосеево. Пели песни (не вполне революционные), ели блюда (не всегда скоромные). Главной задачей таких первомайских маевок было уже, конечно, их политическое предназначение. Отвлекающим маневром (чтобы полиция и жандармы не накрыла настоящие политические сходы под прикрытием маевок, были псевдодемонстранты, которые еще накануне распускали слухи о лжевыступлениях социал-демократов в иных местах, куда и сходились филеры и просто полицианты. Уходили они оттуда не солоно хлебавши, в то время как под прикрытием гитарных песен и легких попоек, партийцы решали насущные задачи, выполнение которых в скором времени уничтожило все, и прежде всего, духовные традиции "майских рекреаций" ушедших веков...

Александр Анисимов, Киев

Версия для печати