45%, то есть меньше половины ирландских избирателей, приняли участие в голосовании, которое должно было одобрить, но не одобрило, ожидаемую беспроблемную ратификацию этой страной Лиссабонского договора.

Было это 12 июня. Более 53% из этой "меньшеполовины" высказались "против". Ирландия – единственная страна ЕС, где союзные договоры, согласно конституции, должны предварительно одобряться на референдуме. Почему это, в сущности, произошло, объяснить никто, - ни в самой стране, ни других европейских столицах, - не может. Спекулируют лишь на тему, а вот если бы больше людей пришли на избирательные участки, то все могло бы быть по-другому, потому что, мол, противники договора были более мотивированы и сплочены при голосовании. В то же время правительство слишком легкомысленно подошло к пропаганде, положившись на данные социологов, которые единогласно предрекали Лиссабонскому договору на ирландской земле уверенное "таки да". Среди противников числились только радикальная "Шин Фейн", католики-консерваторы, левые профсоюзы и националисты. В принципе, все они представляют собой меньшинство.

Впрочем, так ли уж неожидан был результат, можно поспорить. Достаточно вспомнить, что в 2001 году островитяне уже отклонили чертовски важный Ниццкий договор, который был следствием массированного расширения Соединенных Штатов Европы на восток, но в 2002 году все-таки одобрили его после внесения изменений. Ирландия, конечно, не двигатель мировой и европейской политики, но тормозом ее оказалась уже второй раз. Теперь, даже если оставшиеся евросоюзники договор ратифицируют, он все равно не сможет вступить в силу, поскольку для этого требуется одобрение всех 27 стран-членов.

Как бы то ни было, но процесс централизации молодой европейской империи вновь споткнулся о демократическую процедуру. Так уже было в мае-июне 2005, когда провалилось кажущееся триумфальным шествие конституции Евросоюза. Аналогичная судьба постигла теперь ее многострадальный эрзац – Лиссабонский договор. Фигурально выражаясь, паровоз евроинтеграции, представляющий собой Германию, Францию и Великобританию, вновь оторвался на полном ходу не только от вагонов II класса, то есть стран "новой Европы", но и от I-го, где на мягких диванах расположились европейские старожилы: цепная реакция…

Ирландцы сказали "нет", польский президент Лех Качиньский не подписал ратифицированный парламентом документ, назвав его "беспредметным". Скорее всего, аналогичным образом поступит президент Чехии Клаус, поскольку бумагу заблокировала верхняя палата и отправила толковать ряд положений в конституционный суд. Даже президент ФРГ Хорст Кёллер поосторожничал и воздержался от автографа в ожидании решения конституционного суда. Собственно суд и попросил президента повременить.

Николя Саркози и вовсе попал как кур в ощип, - с 1 июля ему полгода предстоит возглавлять Европейский совет, консультативный орган глав правительств Евросоюза. "Здесь что-то не так, здесь совсем все не так", - сказал он с кислым выражением лица в путанном телеобращении по случаю начала своего пребывания на этом неофициальном, но очень заметном посту. А ведь еще и года не прошло, как он и Ангела Меркель (прежде всего она), занимавшая этот пост триумфировали в Лиссабоне на подписании договора после тяжелых переговоров.

Присущая внятность изменила и немецкой бундесканцлерин. В недавнем интервью информационному телеканалу N24 она сказала: "Нынешнее состояние договора не таково, чтобы с ним можно было оптимально работать. Поэтому нам нужен новый договор, и для меня – это по-прежнему Лиссабонский договор", а с "ирландскими партнерами" надо "по-товарищески" вместе поискать выход. Так что, понимайте как хотите, продвинутые читатели, если, конечно, владеете этим "лиссабонским" языком. Мне же понятно одно, в ЕС отсутствует некий план "В", разработанный заранее на случай провала процесса ратификации, а потому "ирландских товарищей" следует непременно укатать в указанные сроки, до конца текущего года.

Уже 18 июня, спустя неделю после того, как фактически лишь четверть ирландских избирателей не сказали "йес" ЕС, председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу заклинал с трибуны Европарламента продолжить ратификацию. Проповедь сопровождали аплодисменты.

На сегодняшний день ни одна из потенциально возможных альтернатив не выглядит привлекательной. Идея разработки нового, третьего договора не найдет достаточно сторонников, поскольку нынешний Лиссабонский договор является консервированной выжимкой Европейской конституции, отвергнутой французами и голландцами на референдумах в 2005 году. Идея дифференцированной интеграции также не находит поддержки. Для Меркель речь может идти лишь об общем решении всех стран ЕС вместе с Ирландией, сообщил представитель правительства ФРГ. В Берлине, как и в других столицах ЕС, выступают так же против новой редакции Лиссабонского договора. Следует полагать, что о какой-то особой "конфете" для ирландцев не может быть и речи. Иначе другие страны тоже могут поднять вопрос о дополнительных сладостях для себя.

Замечу, что отказ ирландцев поддержать Лиссабонский договор не приведет к катастрофе. Евросоюз функционирует, ему не угрожает распад, а истерика неуместна, поскольку после ирландского "нет" Лиссабону продолжает действовать упомянутый договор, принятый в Ницце. В конце концов, что зависит от того, что состав Еврокомиссии станет меньше и будет формироваться по другому принципу или, что у Европейского совета появится президент (см. справку).

Не правильнее было бы разобраться в самом принципиальном вопросе: почему ирландцы притормозили движение Евросоюза от союза государств к союзному государству? Вместо этого лицемерные критики ирландцев, проваливших референдум, считают то, что самый медленный вагон определяет скорость всего состава, хоть и не противоречащим установленным правилам, но все же каким-то недемократическим. Мол, какое отношение к демократии имеет то, что менее миллиона избирателей Ирландии отвергают цель, к которой стремятся более 490 миллионов других избирателей в ЕС? Но именно такие манеры в стиле "большого брата" как раз и ведут к отрицательному исходу референдумов. А в данном случае граждан вынуждены были голосовать по законопроекту, который большинству так же трудно понять, как шумерскую клинопись.

В этом смысле ирландцы ничем не отличаются от других европейцев, в том числе украинцев, которых обезумевшие политики упорно убеждают, что вопрос о вступлении в НАТО следует непременно решать на референдуме, потому, что это якобы демократично. Возможно, но подавляющее большинство украинцев знают о НАТО примерно столько же, сколько ирландцы о Лиссабоне. На самом же деле миллионы людей можно ввести в заблуждение, распространяя искаженную информацию или скрывая одновременно правдивую. От ирландцев, правда, ничего не скрывали, но и основной мотив голосовавших "против" такой: "если я не понимаю, что хорошего ждать от договора, то и держаться от него следует подальше". Такая вот народная мудрость, а ведь Ирландия – никогда не была постсоветской провинцией с населением, мозги которого десятилетиями пудрили пропагандой.

Может быть, дело в самом Евросоюзе, опутывающем страны-участницы бюрократической паутиной на наднацональном уровне. Замечу кстати, что, например, добровольному пожарному (традиционные структуры существуют наравне с муниципальными службами, преимущественно, в сельской местности), чтобы купить новый шлем, нужно заполнить формуляр из 58 вопросов! Происходит это согласно правилам ЕС, между прочим.

В высказываниях берлинских и парижских политиков о необходимости продолжения процесса ратификации, невзирая на ирландское "нет", отчетливо прослеживаются определенные стремления. Продемонстрировать островитянам с одной стороны, что у них есть еще шанс принять до конца года "правильное" решение на новом референдуме, как это было с Ниццким договором, а с другой, - что в Европе существует некая круговая порука, "понятия", с которыми следует считаться в так называемом приличном обществе. Что-то схожее со средневековым отлучением от церкви, не правда ли? Имеется в виду, конечно, только моральный аспект, поскольку изгнать из ЕС невозможно, как невозможно и выйти из него добровольно.

Как прореагируют ирландцы на такого рода давление, большой вопрос. Тем не менее, уже ясно, что вступление в силу договора в запланированные сроки (1 января 2009) не произойдет, ибо лишь в октябре ирландские власти (что и говорить, им не позавидуешь) должны предоставить коллегам свои варианты преодоления кризиса, которому поспешили придать преувеличенное значение. Как бы там ни было, но 10 июля в речи перед европарламентариями Николя Саркози сформулировал, наконец, трезвую мысль: "никакого другого конституционного конвента не будет. Или мы все примем Лиссабонский договор, или же продолжит действие договор, заключенный в Ницце".

Справка. Новшества Лиссабонского договора:

- Введение официального поста президента Европейского совета (не путать с Советом Европы), избираемого на 2,5 года из числа действующих глав правительств. Это должно заменить практику полугодичного председательства.

- Введение поста верховного представителя ЕС по вопросам внешней политики и безопасности.

- Сокращение численности Еврокомиссии (общеевропейского правительства, - ред.). Начиная с 2014 года не все, а лишь 2/3 стран должны быть попеременно представлены в Комиссии своим комиссаром.
- Принятие решений должно быть упрощено. В ряде вопросов упраздняется правило консенсуса. Вместо него вводится правило квалифицированного большинства. Это касается, прежде всего, вопросов юстиции и безопасности. В вопросах социальной, внешней, налоговой политики сохраняется принцип единогласия.

- Собрав миллион подписей, инициаторы могут потребовать от Еврокомиссии внесения проектов законов и проектов изменений к законам. Договор так же содержит хартию гражданских прав из 54 статей.

Дмитрий Ремественский, Хемниц

Версия для печати