Михаил Волынец, народный депутат Украины от БЮТ, заместитель председателя парламентского комитета по вопросам топливно-энергетического комплекса и председатель Независимого профсоюза горняков Украины, подчеркивает, что угольная отрасль – самая коррумпированная в Украине, а по смертельному травматизму в угольной промышленности Украина находится на первом месте в мире. Ближайшие задачи, которые, по словам Волынца, наметило новое правительство, - это повышение престижности шахтерского труда, поднятие зарплаты шахтеров, увеличение господдержки и привлечение инвестиций, при усилении контроля со стороны государства за ситуацией в отрасли.

В Кабинете министров состоялось совещание, посвященное ситуации на шахте имени Засядько и в угольной промышленности в целом. Есть некая общепринятая официальная точка зрения, что угольная промышленность – это стратегический энергетический резерв Украины. Но в свете последних событий возникает вопрос: действительно ли это единственный резерв или все-таки возможны варианты?

Если сравнить структуру энергоносителей в мире и в Украине, то мы увидим, что в мире 65 % составляет уголь, а 17 % и 18% - нефть и газ, в Украине же в структуре энергоносителей свыше 95% - это уголь, нефть – 2,4%, газ – 2,6%. То есть, альтернативы углю у нас нет. Оценивая ситуацию, мы ошибочно отталкиваемся от состояния действующих шахт, но не обращаем внимания на то, что у нас огромные разведанные запасы угля, в том числе на небольших глубинах, с мощными пластами. Они находятся в тех районах, где шахты не строились.

А в каких районах?

Это Луганская область, это Донецкая область, район Доброполья – ближе к Харьковской области. Поэтому нам необходимо планировать, проектировать и строить новые шахты. Необходимо строить новые, высокотехнологичные шахты, с безопасными условиями труда.

Кроме того, в Украине есть шахты с огромными балансовыми запасами угля, с хорошими пластами, но эти шахты разграблены, затоплены, закрыты потому, что самый легкий способ хищения бюджетных средств – это закрытие шахт. В стволе шахты, на глубине 3-5 метров от поверхности строилась перемычка и засыпалась породой. На бумаге выполнялся целый комплекс мероприятий, и списывалось около 100 миллионов гривен на закрытие каждой такой шахты.

Сейчас в стадии закрытия находится 140 шахт…

А сколько всего шахт в Украине?

Например, 15 лет назад было 296 шахт. Сейчас, как государственных, так и арендных, осталось порядка 160-ти шахт. Из них 138 шахт – государственных.

Что получается, есть 160 шахт. Так или иначе, они работают, на них работают люди. Но значительная часть этих шахт или неэффективна, или просто опасна для жизни…

Хуже, чем неэффективны. Потому, что добыча угля практически не ведется. Добывается горная масса высокой зольности. На выходе мы имеем (при поставках) с государственных шахт 39,5% зольности. Практически половина содержания – это порода, которая не горит. Если в 50-х годах добывался уголь с зольностью 17% (по сути, с материнской зольностью), то сейчас 40! Сколько породы приписано и не добыто угля!

Также под видом угля поставляются шламы. Что это такое – это отходы переработки угля на обогатительных фабриках. За многие десятилетия накопилось сотни миллионов тонн шламов. Их сегодня грузят и подают на тепловые электростанции как добытый уголь. Под эти шламы (на самом деле – под недобытый уголь) выплачиваются большие деньги из господдержки. Примерно выставляются затраты 500-600 гривен на тонну. И разницу между ценой поставки (300 гривен), разницу в 200-300 гривен оплачивает государство. Таким образом, за многие годы сложилась масштабная система коррупции.

При этом должен сказать, что шахтеры работают геройски, напряженно потому, что устарела техника, старое оборудование, изношены конвейеры, изношены ленты конвейеров, подъемы, стационарные установки. Но, тем не менее, отрасль финансируется из бюджета в объеме (в прошлом году) 5 миллиардов 860 миллионов гривен. Это большие деньги.

Этого достаточно?

Этого недостаточно. В советские времена угольная промышленность финансировалась значительно лучше…

В тогдашних ценах…

Не просто в тогдашних. Я считаю иначе. Не в относительных цифрах. Я беру объем товарной продукции и в цене затрат смотрю, сколько денег направлялось от реализации на воспроизводство (на зарплату), сколько денег из господдержки направлялось… Тогда в цене товарной продукции 70% составляла господдержка. Сейчас в объеме товарной продукции она составляет 25%, то есть финансирование в три раза меньше. Но тогда еще не было коррупции в отрасли!

Какие пути решения проблем в угольной отрасли были намечены в ходе совещания в Кабмине?

На совещании у Тимошенко стоял вопрос о том, что власть на уровне государства имеет волю стабилизировать ситуацию в угольной промышленности, обеспечить страну качественным углем, обеспечить энергетическую безопасность и так далее. Но не только. Там говорилось и о том, что необходимо сформировать баланс энергоносителей и направить усилия на то, чтобы приоритет был отдан угольной промышленности. Это финансирование, это повышение престижности шахтерского труда. Естественно, это поднятие заработной платы.

Также речь идет об увеличении господдержки для того, чтобы шахты сделать привлекательными. И также планируется привлечение инвестиций. Можно брать кредиты, можно действительно какую-то шахту отдать в частные руки или продать, а вырученные деньги направить на инвестирование других шахт, которые останутся в управлении государства.

О заработной плате: поставлен вопрос о переходе на почасовую оплату труда, что это практически означает?

Тимошенко поставила задачу очень быстро провести подготовку к переходу от сдельно-премиальной системы оплаты труда на новые почасовые условия оплаты. При этом она исходила из ряда соображений. 38 шахт (кроме шахты имени Засядько, еще 37 шахт) находятся в таких же сложных горно-геологических условиях и относятся к сверхкатегорийным. По выбросам угля, газа метана, породы, опасных по самовозгоранию угля и других факторов. Именно этим шахтам отдано распоряжение в первую очередь перейти на новые условия оплаты труда.

Старая система оплаты труда предусматривает следующее: работнику доводится задание, если задание не выполнил – зарплата в два раза меньше. Есть разница, получить зарплату 2 тысячи гривен или 4, или 1,5 тысячи гривен или 3 тысячи?! Ведь рабочий живет от зарплаты до зарплаты.

Естественно, лицо надзора или собственник посылает работника работать в условиях, где не обеспечены необходимые условия труда и техники безопасности. Работник, желая заработать, идет на нарушение техники безопасности. При высокой газообильности нельзя повышать темпы добычи угля. Необходимо придерживаться режима работы, паспорта ведения горных работ. А рабочие нарушают эти правила. Для того чтобы аппаратура автоматического газового контроля не отключила подачу электроэнергии в забой или к месту ведения работ, рабочий часто-густо блокирует аппаратуру контроля. И работают в таких условиях, когда рано или поздно происходит взрыв. Как результат, только на шахте имени Засядько на протяжении недели погибло 106 человек.

Для того чтобы работник сознательно не нарушал технику безопасности, и предусматривается введение новой системы оплаты труда. При почасовой системе оплаты труда будет предусмотрено, чтобы зарплата была не ниже, чем она была при прежней системе. Кроме того, Тимошенко поставила вопрос о повышении зарплаты шахтеров в рамках общего направления по повышению престижности шахтерского труда.

Введение почасовой оплаты труда заставит работодателя решать вопросы охраны труда и техники безопасности, соблюдать технологию, внедрять новую технику, повысит его ответственность.

Также мною и Госгортехнадзором разработан законопроект о промышленной безопасности. Кабинетом министров разработан законопроект, направленный на решение вопросов контроля и ответственности собственника-работодателя. Законопроекты также касаются вопросов материальной заинтересованности не нарушать правила техники безопасности. В Китае в свое время был самый высокий уровень травматизма. Но там пошли другим путем. Там жестко наказывают в уголовном порядке вплоть до казни...

Но количество погибших от этого не уменьшается…

На самом деле сейчас Украина вышла на первое место по травматизму. Если смотреть в относительных цифрах, то в Китае гибнет 8,5 тысяч людей в год, примерно, так как там статистика не ведется, а в Украине в прошлом году погибло около 300. И это мы еще не учитываем, сколько погибло на нелегальных шахтах. При этом в Украине со всеми приписками добывают меньше 70 миллионов тонн угля в год, а в Китае добывают 1 миллиард 400 миллионов тонн.

Если взять, сколько людей гибнет на один миллион тонн, то частота смертельного травматизма (это называется с нулевым исходом) в Украине выше. То есть, Украина находится на первом месте в мире по смертельному травматизму в угольной промышленности. Что это такое?! Мы же европейская страна! Какое горе несем людям!

Если у нас средняя глубина разработок не многим более 700 метров (ежегодно мы углубляемся на 15 метров) и на шахте имени Засядько авария случилась на глубине 1 078 метров, то в Германии работают на глубине 1 500 метров. Горно-геологические условия намного хуже. Германия добывает 32 миллиона тонн угля в год, качественного угля. Если привести наш уголь к уровню мировых стандартов, то, на самом деле, мы добываем не 70 или 80 миллионов тонн угля, а 62-63 миллиона тонн. И если в Германии гибнет хотя бы один человек в год, то это ЧП. Собственник не откупится! А у нас частота травматизма в 150 раз выше, чем в США или Германии.

Почему так, потому что там другое отношение к жизни людей, другое отношение к организации работы, другая ответственность и, самое главное, другие технологии. А у нас деньги монопольно отправляются на структуры "Укруглемаша", а оттуда мы получаем не совсем качественное оборудование. Или по завышенной цене (в 2-3 раза) под видом нового идет оборудование из старых шахт, подкрашенное. Это коррупция, это хищения, это монополизм. А где государство?!

А вот, если еще так посмотреть на вопрос. Вы покупаете какой-нибудь товар, и платите НДС 20%. Эти деньги пошли в бюджет. Потом они попали в качестве финансирования в угольную промышленность. А их там украли! Или еще. Поставили вместо угля на тепловую электростанцию шламы, с зольностью 50-60%. Но пустая порода не горит. Для подсветки, то есть для получения необходимой теплотворности, использовали дорогие (дороже, чем уголь) импортные мазут и газ. Выросла цена на электроэнергию. И все предприятия страны, и мы с вами, платим уже по более высокой цене. Таким образом, на угольных предприятиях – коррупция, а любой житель Украины платит более высокую цену за электроэнергию!

А люди и общество должны знать реальную ситуацию. Отреагировать на эту ситуацию. А власть для того и существует, чтобы навести порядок.

А сколько, в цифрах, Украина добывает угля?

В прошлом году было добыто 75,4 миллиона тонн угля. Из них на государственных шахтах – 42,2 миллиона тонн. Остальное – на частных. Часть из этих объемов является чистой припиской.

Кстати, лучшие, новые шахты были давно прибраны в частные руки. И хозяин, хотя и не вкладывает деньги в развитие, капитальное строительство, все-таки в текущее обновление воспроизводства деньги вкладывает. Поэтому частные шахты в лучшем состоянии.

В частности, президент Ющенко говорил, что один из вариантов решения проблем угольной отрасли – это приватизация шахт, как это было сделано в России. Вы согласны с таким мнением, это положительный пример для Украины?

Если исходить из повышения производительности, снижения затрат на добычу, то приватизация там дала положительный результат. Но если смотреть по травматизму, то мы знаем, как в Кузбассе не так давно погибло 107 человек в результате взрыва. За два месяца до этой аварии была еще одна крупная авария - погибло 37 человек. Поэтому, с точки зрения охраны труда и техники безопасности, позитив достигнут не был. На самом деле 60% угля в России добывается открытым способом – в карьерах, мощные запасы, небольшие глубины залегания. Поэтому относительные цифры по травматизму там выглядят получше.

Зато в Польше приватизация практически не проводилась. Шахты работают эффективно, добывается 100 миллионов тонн, низкий уровень травматизма.

В Украине есть государственные шахты, частные и, Вы о них уже упоминали, нелегальные шахты, как их еще называют "копанки". Что это за явление и сколько там добывают угля, если такая статистика вообще есть?

Это больная тема. На государственном уровне ее пытаются умалчивать. Мы полагаем, что на нелегальных шахтах добывается примерно 3 миллиона тонн угля в год. И это качественный уголь.

Дело в том, что все предыдущие годы, хвосты пластов, которые выходят практически на поверхность (достаточно полметра копнуть и попасть на пласт) не разрабатывались, потому что добыча негативно повлияла бы на плодородный слой земли, на подземные питьевые грунтовые воды, на флору и фауну. Но с конца 90-х годов этот уголь стал добываться, практически бандитским способом. В результате разрушается все и вся, на месте разработки возникает лунный пейзаж. Даже меняются русла рек.

Например, я видел в районе Шахтерска – добыча углубилась на 300-400 метров, рядом была речушка, из этой реки туда пошла вода и в результате была затоплена государственная шахта на глубине 1000 метров.

Возникали провалы и под железнодорожными путями, потому что раньше всегда оставлялись охранные целики (под больницами, историческими памятниками, госучреждениями), откуда не брали уголь. Если, скажем, толщина пласта метр, то через некоторое время после выемки пласта (независимо от глубины) идет просадка почвы на 50% от толщины пласта. А если несколько пластов и несколько горизонтов – идет еще большая просадка, идут трещины в жилых домах, разрушения. Строительство на поверхности можно начинать только после того, как устоится почва.

Вы еще раньше отметили, что на таких нелегальных шахтах гибнут люди, но как с этим бороться?

Если посмотреть район Снежного, район Шахтерска, район Перевальска, то это умирающие города. А почему они умирают? Потому что в местный бюджет не платиться налог на зарплату, потому что эти частные "копанки" не платят налоги в государственный бюджет, не решены вопросы охраны труда, быта. Ходят только полный "нал" и "тень".

Причем такую добычу организовывают не только криминальные структуры, но и директора действующих шахт. Добывают нелегальным способом уголь, несут затраты на добычу примерно 100 гривен, а показывают, что этот уголь добыт на глубине тысячу метров при больших финансовых затратах. Показывают затраты в 500 гривен и эту разницу покрывает государство. Но, поскольку в "копанках" добывают качественный уголь, туда добавляют еще две части породы и поставляют на тепловые электростанции. В результате получают даже не пятикратный, а пятнадцатикратный доход.

Но при таких доходах остановить их практически невозможно…

Конечно, государство должно осуществлять контроль. Дело в том, что все это делается под прикрытием силовых структур на местах – милиции, прокуратуры, мэров городов, даже руководителей профсоюзов.

Там, где есть нелегальные шахты, государственные шахты не выдерживают конкуренции и просто умирают, и их закрывают. А закрыть выгодно, потому что еще можно на этом украсть. В результате остаются только нелегальные шахты, а города умирают.

Если вернуться к началу нашего разговора, то Вы назвали возможный путь развития угольной промышленности. Но даже, если такая задача будет поставлена – это дело не одного года, а каковы ближайшие, которые необходимо решить, чтобы изменить ситуацию в отрасли?

Я уже говорил, что передача некоторых шахт в частные тоже возможна. Например, что касается шахт, добывающих коксующийся уголь, то очевидно, нет препятствий для их приватизации теми же металлургическими магнатами.

Дело в том, что даже самая лучшая, самая рентабельная шахта все равно имеет низкую рентабельность. Коксохимический или металлургический комбинат имеет более высокий уровень рентабельности, поэтому нужно строить интегрированные вертикальные компании – шахта или группа шахт, коксокомбинат и металлургический комбинат. Металлургический комбинат будет финансировать эти шахты. А государство должно осуществлять четкий контроль с помощью профсоюзов.

Что касается шахт, добывающих энергетический уголь, то их надо оставлять в управлении государства, поскольку речь идет о государственной безопасности.

Если будет все-таки принята программа строительства новых шахт, то сколько лет на это может уйти?

Для того, чтобы спроектировать и построить шахту, если она будет строиться частным образом (если будет дана соответствующая лицензия частнику проинвестировать 1-4 миллиардов долларов), то шахту построят за 4-5 лет. Если строить будет государство, то строительство может затянуться и на 7 лет и на 10, поскольку, государство, во-первых, всегда худший хозяин, а, во-вторых, наши шахтостроительные организации загублены, разрушены, разграблена их материально-техническая база и их надо будет создавать практически заново.

То есть в любом случае – это только далекая перспектива…

Да. Но есть действующие шахты, которые на сегодня уголь практически не добывают, но имеют, в том числе, на небольших глубинах большие балансовые запасы, мощные пласты. На такие шахты достаточно выделить от 70 до 120 миллионов гривен и быстро, в течение года, можно получить результат. Есть также шахты, где подготовлены горные выработки к добыче, но они технически не оснащены. Необходимо дать от 20 до 50 миллионов гривен на такие шахты, и они начнут добывать 1,5-2 тысячи тонн угля в сутки.

Киев

Версия для печати